АССОЦИАЦИЯ ИУДАИКИ УКРАИНЫ
Еврейская история и культура в Украине:
Материалы конференции (Киев, 8 - 9 декабря 1994 г.)

© Ассоциация иудаики Украины

С.А.Екельчик (Киев)

ЕВРЕИ И ЕВРЕЙСКИЙ ВОПРОС В УЧЕБНИКЕ ИСТОРИИ Д.И.ИЛОВАЙСКОГО

Нет нужды доказывать, что школьные учебники оказывают огромное влияние на формирование мировоззрения целых поколений. Известно, что требование изменить тексты учебников истории и географии было одним из пунктов австрийского ультиматума Сербии в 1914 г., а в 1947 г. Франция и Западная Германия даже создали совместную комиссию по пересмотру своих учебников, чтобы снять друг с друга клеймо исторического противника. Тексты учебников могут дать исследователю богатый материал о механизме формирования и массового воспроизводства националистических идеологий и мифов. В частности, для изучения развития и укрепления официального антисемитизма в Российской империи весьма важно проследить, каким образом учебники того времени представляли историю евреев в России.

Как известно, первый гимназический учебник истории России ("Краткая русская история " Н.Г.Устрялова, 1839 г.) был написан по непосредственному заказу властей с целью обосновать присоединение к империи отторгнутых в конце XVIII века от Польши территорий и утвердить в умах учащихся понятие об "(обще)русской" народности. Последующие учебники также уделяли значительное (не всегда доброжелательное) внимание национальностям империи.

Из всех учебников отечественной истории, издававшихся в Российской империи в XIX - начале XX в., наиболее популярным был, вне сомнения, учебник Д.И.Иловайского. Он яалялся базовым для всех гимназий империи с 1860-х годов практически до революции и издавался в трех версиях: для младших, средних и старших классов ("возрастов").

Нужно сказать, что Дмитрий Иванович Иловайский (1832-1920) был одним из последних представителей так называемой "дворянской историографии" в России. Его основные труды - "История России" в пяти частях, "История Рязанского княжества", "Гродненский сейм" и особенно ценное "Разыскание о начале Руси" - почти совершенно забыты сегодня. Даже специалисту-историку Иловайский известен главным образом как автор учебников по истории России, написанных в официально-монархическом духе [1]. Изучение истории "по Иловайскому" с легкой руки либеральных публицистов - его современников, на долгие годы стало нарицательным и означало крайний монархизм, убожество мысли, верноподданическую лесть.

Поскольку курсы Иловайского для младшего и среднего возраста не содержат абсолютно никаких упоминаний о евреях, мы рассмотрим здесь подробнее учебник для старших классов гимназий (очевидно, также реальных училищ, кадетских корпусов и других средних учебных заведений) "Краткие очерки русской истории. Курс старшего возраста". Для анализа взято одно из последних изданий этого учебника, отражающее уже реалии второй половины XIX и даже начала XX века [2].

На первый взгляд может показаться странным, что ни учебник для младших классов, ни учебник для средних классов вообще не упоминают о евреях в России. Собственно, и в учебнике Иловайского для старших классов первое такое упоминание встречается только на 325-ой странице. Нет, конечно, и речи о роли цивилизации хазар в начальной истории славянской государственности или о роли евреев в развитии экономики Киевской Руси. Не упомянуто ни об одном из изгнаний евреев с восточнославянских земель, о том, что еврейский вопрос возник в Российской империи только после раздела Польши в конце XVIII в., наконец, не сказано об установлении "черты оседлости".

Молчание это не случайно, ибо учебники для младших и средних классов должны были утвердить в головах учащихся имперский миф о России, зиждившийся все еще на сформулированной графом Уваровым в 1833 году триаде "православие, самодержавие, народность". В основе мифа лежал традиционный архетип державы одного (русского) народа, которая достигает величия через победы над внешними врагами и присоединение новых территорий. Понятие об "инородцах" или "внутренних врагах" просто не вписывалось в эту версию имперского мифа, содержащего всего одну базовую оппозицию "мы - они" (где "мы" - все верноподданные россияне, по сути отождествляемые с русскими, а "они" - враги внешние, инонационалы до .их вхождения в состав империи). Именно поэтому Иловайский вообще не упоминает о взаимоотношениях русских с другими национальностями посл .е вхождения последних в состав империи в своих двух первых учебниках.

В курсе для учащихся старших классов учебник Иловайского уже дает понятие о разнообразии и сложности этнической картины империи. Оказывается, что среди "нас" есть "наши-не-наши", т.е. "инородцы", и, кроме них (или вместе с ними) появляются и "внутренние враги" империи. Тут уж без упоминания о евреях обойтись нельзя.

Первое же упоминание звучит так : "Развитию народного благосостояния в западных губерниях препятствовало и то обстоятельство, что коренному русскому населению мало доступна была торговля и промышленная деятельность, которая сосредоточилась там в руках евреев [3].

Это положение учебника опиралось на одну мифологему, уже созданную в сознании учащихся, и создавало на ее основе другую. Во-первых (и, так сказать,между делом), здесь напоминается о том, что коренное население западных губерний империи - "русское". На самом деле, конечно, это были украинцы и белоруссы, которых Иловайский намеренно не отличает от русских. О поляках и народах Балтии и вовсе не упоминается.

Однако основная цель Иловайского тут - сформировать в сознании учеников миф о том, что евреи не просто преобладают в торговле и промышленнсти запада империи, но препятствуют .тем самым развитию благосостояния "русских". Известно, что на рубеже XIX и XX веков вопрос о том, кто виноват в массовой пауперизации крестьян и рабочих, их жестокой эксплуатации без достаточного вознаграждения, стал козырной картой в большой политической игре. И если с левого фланга предлагался ответ: "самодержавие, помещики и капиталисты", то с правого - ответ "евреи". Таким образом, у Иловайского мы имеем дело не просто с традиционным представлением о "еврейской эксплуатации", а уже с созданием (причем в грозовой политической атмосфере) образа врага ., врага "внутреннего" и доступного потому для непосредственного на него воздействия.

Следующее упоминание о евреях в учебнике Иловайского относится ко введению в России в 1874 году всеобщей воинской повинности. В западных губерниях, сообщает автор, "она встретила немалое затруднение со стороны евреев, уклоняющихся от этой повинности". [4] Как мы будем видеть далее, количество негативных характеристик еврейского населения России у Иловайского будет увеличиваться, о позитивных же упоминаться не будет (что в общем характерно для стереотипа внутреннего врага, и причины всех зол).

Первые два упоминания о евреях , как мы видели, были сделаны в связи с рассказом об общеимперских явлениях (событиях): пауперизации населения и введения воинской повинности. Два следующих посвящены специально еврейскому вопросу: "Под предлогом уменьшить массу скопившегося там еврейства, (указом 16 июля 1865 года) дозволено евреям-ремесленникам переселяться из западных губерний в другие области империи, в которых они дотоле не имели права жительства. (После того масса еврейского пролетариата под видом ремесленников начала быстро распространяться в средней и восточной части России; а в западных губерниях гнет от евреев нисколько не уменьшился) [5].

Архиреакционная позиция и антисемитизм автора учебника проявились тут с необычайной четкостью. Даже незначительную и непосредственную попытку ослабить режим "черты оседлости" он встречает в штыки, позволяя себе (редкость для учебника!) самой лексикой выразить свое осуждение этого указа либеральных лет Александра II. В самом деле, по Иловайскому, эта мера была предпринята "под предлогом" уменьшить массу еврейства в западных губерниях, а не "для уменьшения" этой массы. Комментарий Иловайского по поводу последствий указа еще показательнее. Во-первых, понятием "гнет от евреев" актуализируется уже знакомая нам мифологема о евреях, которые не только эксплуатируют коренное население, но и мешают развитию его благосостояния. Во-вторых, фраза "... масса еврейского пролетариата... начала быстро распространяться в средней и восточной части России" формировала другую характерную для доктрины дореволюционного (и не только) антисемитизма мифологему: " евреи идут .! - образ пронырливого (сравни: "под видом ремесленников") народа, который быстро распространяется по России-матушке со всеми вытекающими отсюда последствиями (гнет, эксплуатация, помехи для благосостояния и т.п.).

Сюжет о "массе еврейского пролетариата, [которая] под видом ремесленников устремилась в те области России, которые доселе были от нее свободны" повторен еще раз при рассмотрении царствования Александра III [6].

При изложении истории России первого десятилетия XX в. дискурс антисемитизма приобретает у Иловайского, кроме "экономического", и политическое измерение. Говоря о военном поражении Российской империи в русско-японской войне, автор учебника так представляет учащимся начало революции 1905 - 1907 гг.: "Внутренние и внешние враги ее (России - С.Е.) воспользовались сими неудачами, чтобы начать движение против петербургского чиновничества (бюрократии) и против самого основного государственного строя, т.е. русского самодержавия. В этом движении наибольшее участие приняли инородческие элементы (евреи, поляки, финляндцы, армяне и пр.), с которыми соединились многие русские интеллигенты нерусского направления. В особенности ему способствовала газетная печать, столичная и провинциальная, большая часть которой оказалась в руках еврейских. (Евреи захватили в свои руки значительную часть ежедневной печати также в государствах Средней и Западной Европы и в Северной Америке)" [7].

Этот абзац открыто объявляет евреев внутренним врагом номер один. Недостаточно того, что революция объясняется как предприятие евреев, прочих инородцев и русских интеллигентов "нерусского направления" (истинно русский человек по определению нерушимо стоит за царя, Россию и православную веру). Создать образ врага (читай: перебить или лишить прав) все .х "инородцев" было бы затруднительно: ведь они составляли, как известно, вместе с украинцами и белоруссами около 57% населения империи. Другое дело - "инородцы" одной определенной национальности, названные в списке первыми, которые к тому же скупили все газеты и через них подняли революцию.

В целом сказанное о евреях в учебнике Иловайского складывается в завершенный антисемитский миф о народе, который все время вредит России и прямо назван "внутренним врагом".

Следует учесть, что именно гимназии закладывали основы мировоззрения будущей бюрократии и интеллигенции Российской империи (сословий, которые принимали решения и формировали общественное мнение), а также то, что в повседневной практике российских гимназий текст учебника зачастую "зубрился " напамять. Тогда станет ясно, что перед нами один из важнейших ключей к объяснению взрыва антисемитизма и погромов 1917-1920 гг. Особенно это относится к идейно обосновывавшимся идеологическим и информационным агенством "Осваг" погромам Добровольческой армии (которая, по оценке американского историка П.Кенеза, была ответственна за наибольшее число жертв погромов среди всех армий и партизан Гражданской войны) [8]. Нельзя не заметить также разительного сходства многих положений Иловайского с текстами сегодняшнего русского антисемитизма. Это свидетельствует о том, что идеология имперского антисемитизма Российской империи, в концентрированном виде выраженная в учебнике, практически без изменений воспринята антисемитами 1990-х. И этот факт делает изучение и деконструкцию антисемитской мифологии еще более актуальными.

Примечания